rusbandy.ru Федерация хоккея с мячом России Федерация хоккея с мячом России
Фото dinamo-tatarstan.ru.

Фото dinamo-tatarstan.ru.

10 декабря 2016 г., Суббота

Русский хоккей — судьба

Главный тренер казанского «Динамо» Сергей Фирсов о своей судьбе, работе с Владимиром Янко и необходимости наличия клубной базы — в интервью журналу «Элита Татарстана».

— Сергей Иванович, чемпионат Суперлиги юбилейный, ХХV-й, а ведь он мог вообще не состояться из-за вороха финансовых проблем у целого ряда клубов. Сейчас вынуждены более экономичную форму проведения чемпионата с разделением на группы принять, чего давно уже не было. Я вот думаю — может, на русском хоккее какое-то проклятие лежит? Что мешает этому замечательному виду спорта развиваться?

— У нас зимний вид спорта, соревнования проходят на открытом воздухе. Большой снег, сильный ветер накладывают отпечаток на подготовку льда, на игру. Возможно, это влияет на зрителей. Болельщикам наблюдать за матчем в комфортабельных условиях куда приятнее и удобнее. Ну и телекартинка из Дворца спорта, закрытых арен намного зрелищнее, а это напрямую влияет на популяризацию того или иного вида спорта.

— То есть романтика с падающими снежинками и соснами, обрамляющими ледовый овал, потихонечку себя изживает?

— Изживает. И детям больше нравится заниматься хоккеем в хороших условиях, на качественном и не подверженном капризам погоды льду. Хотя, с другой стороны, вспоминая стародавние времена, когда не было закрытых катков, показывали хороший хоккей и в естественных условиях, при плохой погоде, при неважном качества льда. Но тогда катки заливали во всех дворах и все по нему бегали, а сейчас ребятня сидит дома за телевизорами и компьютерами. Нарушился баланс между домом и улицей, тепличными условиями и погодой: «Если я сижу дома у монитора в идеальных условиях, то и тренироваться должен в идеальных». Вот как-то так…

— Если бы Вы родились не в Архангельске, посвятили бы свою жизнь хоккею с мячом? Что такое был русский хоккей в Архангельске 60-х-70-х прошлого века?

— Ни о чем таком не задумывался, рос как любой пацан на улице. После школы лыжи зимой, футбол летом, и лапта, и гребля, и борьба. Мне больше нравились игровые виды спорта, не соперничество с кем-то индивидуальное, а командные, командный дух. Сами строили коробки во дворах, но лет до 14 никакого преимущества именно хоккею с мячом не отдавал. Играли в волейбол, футбол, хоккей с шайбой, так и шло. На высоком уровне в городе была только команда по хоккею с мячом «Водник», поэтому когда впервые попал на стадион на ее матч, увидел большое количество народа, людей, сидящих на заборах, на деревьях, то был очень впечатлен. Шел 1974 год, Международный турнир на призы газеты «Советская Россия», который доверили провести Архангельску.

— Это происходило еще не на стадионе «Труд» с искусственным льдом, на котором сегодня «Водник» принимает соперников?

— Еще «Динамо». Одна большая трибуна была, а кто на нее не попал, стояли вокруг поля.

—  У вас не очень богатая статистика матчей и забитых мячей в составе «Водника», за который Вы начали выступать с 1982 года. (94 матча и 41 забитый мяч в Высшей лиге плюс 79 игр (33 мяча) в матчах Кубка СССР и России — А.Н.). Как я понимаю, это связано с тем, что «Водник» только в 1987 году вернулся в Высшую лигу, а так, в основном, выступал в Первой?

— Точно.

— В интервью, которое Вы давали в 2013-м в Кирове, Вы особо выделяете успех весны 1987 года, когда «Водник», команда из Первой лиги, дошла до финала Кубка СССР, пусть в нем и не победила. Вы, кстати, за тот финал получили звание мастера спорта.

— Так сложилось. В розыгрыше Кубка получали право участвовать все 14 команд Высшей лиги и победитель Кубка Первой лиги, который тоже проводился по весне и который мы завоевали. Завоевали и путевку в «вышку» и попали в четверку, которая играла дальше. На Кубок СССР прошли через несколько стадий, победу в полуфинальной «четверке», в которой соперничали с «Енисеем», Хабаровском, Свердловском и попали в финал, в котором уступили московскому «Динамо» в упорной борьбе 3:4. Болельщики нас буквально на руках носили — ребята через их «строй» возвращались после игр в раздевалку без перчаток, клюшек, кое-кто без шлемов, а с кого-то даже умудрились коньки снять. Команда у нас хорошая была — все свои, из Архангельска, «Севера» из Северодвинска, новодвинской «Двины».

— В 90-е годы Вы уезжаете в Швецию. Тогда спортсмены, тренеры, да и не только, в массовом порядке «валили» за рубеж. И Вас эта волна «смыла»?

— У меня другая история. Я никуда уезжать не собирался. Просто специалисты шведской фирмы проводили подготовку в Архангельске к «укладке» первого искусственного льда на открытом поле. И в разговоре с нашими руководителями они сказали, что в команду одного из городов Швеции, где они недавно клали лед, хотят пригласить русских ветеранов хоккея. Нашу команду «посмотрели» и отправили в Швецию меня и Вячеслава Серова, который долгие годы был капитаном «Водника». Мы приехали в город Йенчепинг и стали играть за «Йерхагу», которая выступала в шведской первой лиге.

— Не в высшей?

— В высшей лиге там начинал играть только Андрей Пашкин, потом Сергей Ломанов-старший и Виталий Ануфриенко. А все остальные начинали в первой лиге — к ним присматривались и потом кто-то получал приглашение в элитный дивизион или они выходили туда вместе со своими клубами.

— С 1991 по 1996 Вы выступали за «Йерхагу», с 96 по 98 — за другой шведский клуб «Финспонс». Но при этом в 1994-м и 1995-м становились обладателем Кубка России в составе «Водника». Как это получалось?

— В то время это было разрешено. По завершении сезона в Швеции мы возвращались в свой клуб, приступали к тренировкам в составе «Водника». Бывало, захватывали не только весенний розыгрыш кубка, но и даже какие-то матчи концовки чемпионата. К тому же, первые контракты были у нас по полгода. А потом это запретили: есть контракт со шведским клубом и до его завершения ни за какой «Водник» играть нельзя.

— Последний сезон в «Йерхаге» и два сезона в «Финспонсе» Вы провели в качестве играющего тренера?

— За «Йерхагу» отыграл пять лет, причем пятый сезон уже помогал главному тренеру как играющий тренер. У него были помощники, но он больше меня привлекал как советника что ли. И я втянулся в это, советовался с наставниками других команд, и когда перешел в «Финспонс», стал уже главным тренером. Первый сезон 1996/97 мы хорошо играли. Внесли что-то свое, команда побежала, болельщиков стало приходить больше. Стал меняться игровой рисунок — чисто со шведского перешел на более комбинационный, более быстрый и более нацеленный на ворота.

— Играли тогда на открытых катках? Сейчас Швеция всех опережает по количеству крытых арен.

— На открытых. Строительство закрытых стадионов тогда еще не велось. Но на второй мой год в «Финспонсе» взяли еще одного главного тренера, с большим стажем и меня попросили еще поиграть и обсуждать нюансы. На деле получилось по-другому. При этом новом шведе-тренере стало сложнее, потому что он советуется, но никаких решений не принимает или принимает только для себя. А потом сгорели моторы (установка для заливки и поддержания необходимой температуры льда — А.Н.), и мы практически перестали тренироваться. С декабря 1997-го ездили в соседний Норчепинг и проводили там вечерние игры, потому что на своем поле в теплую погоду натуральный лед никак не мог устоять. Поэтому шансы полностью упустили.

— А затем Владимир Владимирович Янко (знаменитый хоккеист и тренер) Вас из Швеции «вызволил»?

— Ну не так. Я, когда уже играл в Швеции (а Янко с 1996 года стал главным тренером «Водника»), весной возвращался на родину, и он мне разрешал тренироваться с командой. Мы и до этого встречались с ним как с тренером, когда он работал в Сыктывкаре. И вот в 98-м он мне говорит: «Не уезжай больше в Швецию, все равно жить там не собираешься». Но у меня же контракт был подписан с клубом… Так получилось, что в Норчепинг Янко привез сборную России, я приехал смотреть игру, и мы встретились Он опять спрашивает: надумал — не надумал, приглашает работать к нему тренером. Отвечаю: «Хорошо, если Вы делаете официальное предложение, тогда я со шведами не буду продлевать контракт». Так и получилось — я вернулся домой, еще сезон отыграл (по просьбе руководства клуба) за «Север», а с весны 1999-го стал официальным помощником Янко и тренером в «Воднике».

— И Вы с ним проработали по 2005-й год, пока вместе и фактически со всей командой ушли в московское «Динамо», когда прекратилось финансирование «Водника». За десять лет, с 1996 по 2005-й, «Водинк» стал девятикратным чемпионом страны, выиграл три Кубка Европейских чемпионов и два Кубка Мира. Что вспоминается о тех годах?

— Борис Иванович Скрынник вместе с Янко создавали команду постепенно — сначала стали побеждать в чемпионатах России с опорой на собственные силы, потом мы стали приглашать молодых талантливых российских игроков и возвращать из Швеции своих (Яровича, Гапановича), а также приглашать оттуда хоккеистов высшего уровня — Свешникова, Обухова. С этой сильнейшей в мире командой с 2002 года стали побеждать и на международной арене.

— А болельщикам постоянные победы не стали приедаться?

— При Янко в первый-второй год, когда команда стала чемпионом, народ валил. Потом уже стали понимать, что особого сопротивления «Водник» не встречает, и это не очень хорошо. Стали ходить меньше.

— К тому же много стало не своих?

— Ну почему? Первых чемпионств добилась команда, состоявшая из своих, архангельских воспитанников. Потом пошло точечное усиление для выхода на «мир». Эта ситуация принципиально отличается, например, от той, которую мы видим, к примеру, в Хабаровске. А здесь было приживление новичков на свою, плодородную, если можно так сказать, почву. Это как в Красноярске, где прекрасная отдача от своей школы и они приглашают молодых игроков из других городов. Чемпионский «Енисей» грамотно провел смену поколений, и новая команда с костяком из своих воспитанников вот уже три года подряд становится чемпионом страны.

— Сергей Иванович, когда Вы переехали в Москву, закрытого катка для хоккея с мячом СК «Крылатское» еще не было?

— Как раз в 2005-м, спорткомплекс стал функционировать, и «Динамо» вернулось в высшую лигу.

— Но в Москве интерес к хоккею с мячом тогда был невысоким? Старое поколение «динамовских» болельщиков сошло…

— Сошло даже раньше — когда «Динамо» стало играть хуже. Я еще застал те времена, когда москвичи играли в элитном дивизионе, а потом вылетели на несколько лет в первую лигу. В то время уже на Малой арене было мало народа. Но фанаты, конечно, остались. Если говорить о периоде работы в «Динамо», то там сложился очень хороший коллектив. Самое главное — ребята, которые перешли из «Водника», были не просто звездами, а каждый хорош именно на своей позиции. От игры получали удовольствие, были очень дружны, друг друга дополняли. Поэтому игры становились зрелищными, голов много забивалось. Практически все лучшие хоккеисты были у нас собраны.

— Вы сразу после переезда в столицу с Владимиром Владимировичем начинаете работать и в сборной России?

— С 2008-го. Тогда Янко «ушел» в Кемерово, я остался в Москве, и он пригласил в сборную меня и Андрея Стука помощниками. На чемпионатах мира в Москве (2008) и Вестеросе (2009) я был его помощником, а с 2009-го по 2012 (чемпионат мира в Алма-Ате) работал главным тренером национальной сборной.

— Звание чемпионов мира завоевали в 2011-м году?

— Да, здесь, в Казани, а, конкретно на «Трудовых резервах». На предыдущем чемпионате в Москве мы в финале шведам проиграли в дополнительное время (гол забил Моссберг). А Казань оказалась счастливым городом — юбилейный, двадцатый титул победителей первенств планеты.

— Сергей Иванович, параллельно со сборной Вы непродолжительное время поработали спортивным директором «Кузбасса». Чем занимались?

— Не мешал главному тренеру Быкову (улыбается). Помогал советами, следил за хоккеистами клуба, которые входили в сборную. Под новый, 2011-й год мы встретились со Скрынником на турнире на призы Правительства Кировской области, и он посоветовал, чтобы я не терял тренерской практики, перейти в какой-нибудь клуб на привычную мне работу. Так и возник вариант с Новосибирском. А в Кемерово, конечно, здорово, там есть и открытый стадион, и ангар с искусственным льдом под крышей, это идет на пользу подготовке и основной команды, и молодежной, и групп разных возрастов — там очень хорошая детско-юношеская школа. И руководство города и области «Кузбасс» поддерживают. Есть и закрытый каток, что прекрасно для детей — они могут начинать заниматься хоккеем в идеальных условиях. У них полный цикл подготовки на большом льду — с августа и по середину мая. Это большое подспорье, по сравнению с тем, что творится в других местах.

— И, конечно, у нас, в Казани?

— Мне, вообще, жаль наших ребятишек, которые в Дербышках ждут заливки льда. В других городах лед уже залили, мы же на свой еще ни разу (!) не выходили, а ведь чемпионат уже стартовал. В Нижнем Новгороде на предсезонном турнире мы играли в начале 20-х чисел октября, а у нас… Если мы, команда мастеров, еще можем себе позволить уехать в другой город, то ребятам из большого микрорайона, которые занимаются хоккеем с мячом, деться некуда. Они вынуждены ждать натурального льда, а их кемеровские сверстники могут на большом льду кататься с конца лета!

— Вы второй год в «Динамо-Казань». Ожидали, что в спортивной столице России столкнетесь с трудностями — финансового, кадрового характера, проблемой льда?

— Андрей Владимирович Стук, который здесь работал (а мы с ним в хороших отношениях) всегда говорил, что в Казани сложно работать, напряженно. Самая большая проблема — у клуба нет своей базы. Нет своих воспитанников, нет своего льда. Мы — постоянные арендаторы. Принес деньги — что-то будут делать, чуть опоздал — могут вообще не залить лед. А когда нет своих воспитанников, очень тяжело развиваться.

— В межсезонье в Казань пришла, можно сказать, целая команда спортсменов. Когда, на Ваш взгляд, этот коллектив станет Командой с большой буквы?

— Это самый сложный процесс. Практически все, кто составлял костяк в прошлом году, ушли, новобранцы стали основой. Ребята — из разных клубов: «Зоркого», «Волги», «Енисея», «Байкала-Энергии». Чтобы их объединить, надо провести большое количество ледовых тренировок. Будем идти шаг за шагом, и дай Бог, может быть, после Нового года и тщательного анализа проведенных игр, у нас сложится команда, о которой Вы говорите. Я рассматриваю команду не как обороняющийся коллектив. Важнее каждому знать — куда открыться, как правильно отдать мяч, не передержать его, подстроиться под партнера. Команду, играющую преимущественно в обороне, создать проще, а вот научиться искать счастья у чужих ворот — здесь времени потребуется больше.

— Как Вы думаете, люди, которые в своих иркутсках и красноярсках привыкли к полным трибунам и большой популярности, не разочаруются, увидев в Казани на хоккее с мячом полупустые трибуны, поняв, что здесь, при таком обилии команд и соревнований, трудно бороться за зрителя?

— Дома, да, нас поддерживает немного болельщиков, но когда мы приезжаем в другие города, то ребята видят полные трибуны и понимают — вот он, зритель, надо показать все, что мы умеем. Хотя, малое количество зрителей не так страшно. Главное в соревнованиях — насколько амбициозны игроки и что для них важно. Приехали ли они в Казань завершить карьеру или хотят еще «попылить» и передать свой богатый опыт молодым, местным ребятам?

— Как Вы мотивируете своих ребят?

— Я им говорю: парни, мы должны показывать все, что можем, чтобы добиться победы, должны отдать все силы. Сегодня, на фоне дефицита ледовой подготовки, сил этих не хватает, и иногда поражение можно принять как должное, если я вижу, что вы все, что могли сделали. Уровень у команд сейчас разный. Не имея мастерства бессмысленно настраиваться только на победу. Я хочу, чтобы мастерство у ребят росло от игры к игре, чтобы желание не пропадало. Одним словом, надо много работать и показывать свои лучшие качества, которые позволят действительно создать Команду!

тэги: Динамо-Казань Интервью

Система Orphus

Партнеры ФХМР

Международная федерация бенди Госкомспорт России Олимпийский коммитет России Ассоциация любительского хоккея Холдинговая компания Сибирский Деловой Союз
Благотворительный фонд развития детско-юношеского спорта Николая Валуева Kosa Спорт-Экспресс Телеканал Спас Tackla - официальная экипировка сборной России по хоккею с мячом
Корпорация Руан